Открытый взгляд на московский современный танец

Open look 2021

Уже делятся все в Instagram постами из серии «Как я провел этим летом», риелторы уже активно сдают бедным студентам клоповники втридорога, уже возвышаются батареями в городских квартирах урожаи кабачков, а в Питере тем временем идет Open Look. Происходящий не в урочное время и сильно потрепанный ковидными ограничениями фестиваль, тем не менее, прочно занимает свою флагманскую позицию среди отечественных фестивалей современного танца. Бессменные его организаторы – Вадим и Наталья Каспаровы остаются верны выбранному когда-то пути и не отступают перед сложностями. Кроме того, оргкомитет фестиваля (и других проектов Каннон данс) приобрел бесценного помощника в лице Светланы Улановской, пару лет назад ворвавшейся в танцевальный мир Петербурга в качестве критика и куратора танцевальных событий.

Открыла фестиваль принцесса дома танца Каннон данс Валерия Каспарова спектаклем «Черный сад». Работа эта в последние полгода неоднократно мелькала на Петербургской (и не только) сцене, а потому я позволила себе пропустить ее в этот раз.

Edge Infinity. Фото Галины Базаровой

Мой Open Look начался с неожиданной постановки «Edge Infinity» G.G.A.M. company, проект Галины Грачевой и Светланы Кузнецовой (Москва). Неожиданной, потому что в качестве хореографа выступила Катя Ганюшина, известная больше как теоретик, просветитель, автор ресурса о современном танце Room for. Хотя, пожалуй, уже здесь стоит оговориться – не хореографом, а автором идеи и концепции. Автором же собственно хореографического текста стала Галина Грачева, она же и исполнитель. Вот ведь какая загвоздка для балетоведа: кто же из них двоих ХОРЕОГРАФ? И что такое «исполнительство» в современном танце XXI века?

Изящная фигурка в серебристом комбинезоне движется по геометрически выверенной траектории. Ее партитура базируется на жестах стюардессы, инструктирующей пассажиров о правилах поведения в аварийной ситуации. Ее танец идеален. Он не дает сбоев. Ее тело, облаченное в «металлическую» одежду, больше напоминает антропоморфного робота. Ее дыхание ровно, ее движения выверены и бесконечно варьируют одну и ту же фразу. Она танцует вне пространства и времени. Просто одинокая движущаяся фигурка во вселенной. Пульс ее танца ускоряется. Пульс сокращений ее сердца ускоряется. Стоп! У идеального робота нет сердца. А вот у танцовщицы Галины Грачевой – есть. И у нас, сидящих в зале, есть. И пульсация наших сердец подключается к пульсу ее идеального танца. Этот пульс, ускоряется он или замедляется, и делает танцовщицу человеком, фокусирует наше внимание на телесном аспекте. Ее сердце как помпа качает кровь и заполняет ее мышцы и органы кислородом. Ее движение обеспечивается работой ее мышц.  О чудо вселенной – человеческое существо, этот идеально функционирующий механизм!
Иногда пульс растворялся. И тогда, несмотря на визуальную «расслабленность» и свободу движений, усиливалось ощущение нечеловеческой сущности танцовщицы: словно робот отключился от источника питания или оказался в среде, где не может исправно работать.

Edge Infinity. Фото Галины Базаровой

Послевкусием спектакля осталась тема одиночества. Только не «одиночества в толпе» и проч., а вселенского одиночества Человека в космосе. Человек – единственное разумное существо на планете Земля – пока не встретил и за ее пределами того, с кем можно обсудить законы мироздания или цинично посмеяться над отсталыми предрассудками о необходимости конечностей с пятью пальцами, например.

Красивая работа. И по замыслу, и по воплощению.

Венгерский хореограф Mate Meszaros сказал как-то, что «нам следует опасаться уличных танцовщиков: они отлично осваивают все техники современного танца, только они еще умеют делать двойное сальто». Так и случилось в работе Ильи Манылова, который не в свою пользу задействовал танцовщика Banzay (в миру – Андрей Коваленко). Banzay хоть и не делал сальто, но перекрывал своих партнеров – Александру Колосовскую и Илью Манылова – мощью сценического присутствия и почти животной энергией. Танцовщику, воспитанному в культуре уличного танца, по умолчанию свойственно распространять вокруг себя волны уверенности альфа-самца. Даже просто стоя посреди площадки и дожидаясь, пока в зрительном зале погаснет свет, Андрей Коваленко был убедительнее в своем воздействии на зрителя и владении пространством, чем другие перформеры во время своих энергичных соло и дуэтов.

«Спорный пересказ» Ильи Манылова предлагает интерпретацию избранных фрагментов Ветхого и Нового Завета. Почему бы и нет? Заявленная тема Апокалипсиса, очевидно, наиболее волнующая самого хореографа, несколько потерялась среди других тем, которые, едва возникнув и не успев себя исчерпать, сменялись следующими. А если добавить сюда разнообразие танцевальных техник, живой вокал, вербальные реплики, сценографию (как объект хореографии) и довольно массированную музыкальную атаку – то создается ощущение, что ешь салат «Оливье» вперемешку с «Греческим», куда к тому же покидали попки от огурцов.

Спорный пересказ. Проект Ильи Манылова (Москва)

Из достоинств работы отмечу динамическую продуманность: нет провалов и длительных провисаний, хочется следовать за ритмом хореографа. Местами неплохо сработали газеты (та самая сценография), создавшие и драматургию препятствий, и определенную объемность сценического пространства. Двигаться все трое перформеров умеют технично и в общем профессионально. Жаль вот танцевать пока не умеют. Но танцевать – это в принципе дело сложное…

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s